Сыркин Яков Кивович

Публикуется впервые

(1894-1974)

Одной из наиболее ярких личностей, работавших в ИВПИ, а затем и в ИХТИ и достигших больших высот в науке (с 1943 г. член-корреспондент и с 1964 г. – действительный член АН СССР, в 1943 г. удостоен звания лауреата Сталинской премии), был Яков Кивович Сыркин.

Он родился в Минске 5 декабря 1894 г. Его родители мечтали, чтобы сын стал удачливым предпринимателем, и поэтому определили его на учебу в Минское коммерческое училище. Но как оказалось, тяга к естественным наукам у юного Якова была сильнее, и родители уступили его желаниям. И даже отпустили его учиться химии во Францию. В 1912-1914 г.г. он был студентом химического факультета в университете города Нанси. Однако начавшаяся в 1914 г. Первая мировая война, заставила Я.К. Сыркина покинуть Францию, и в 1915 г. он заново поступил на химический факультет Рижского политехнического института (РПИ). Но и тут снова вмешалась та же самая Первая мировая. В 1915 г. немцы приближались к Риге, и РПИ эвакуировали в Москву. Весной 1918 г. после заключения Брестского мира, по условиям которого Советская Россия должна была вернуть РПИ со всем его имуществом в оккупированную немцами Ригу, перед студентами и частью преподавателей встал нелегкий вопрос: или возвращаться в «немецкую Ригу», или РПИ вообще должен прекратить свое существование. Но благодаря инициативе, настойчивости и дипломатическому таланту М.В. Фрунзе относительно небольшая группа преподавателей РПИ и его бывших выпускников (всего 18 человек) со значительным числом студентов согласились переехать в августе 1918 г. в Иваново-Вознесенск во вновь организованный Иваново-Вознесенский политехнический институт (ИВПИ). Перебрался в Иваново-Вознесенск и Я.К. Сыркин. Учился он в РПИ блестяще, ускоренными темпами и уже в 1919 г. стал самым первым выпускником ИВПИ, защитив с отличием дипломный проект на тему «Маслобойный завод».

Молодому инженеру тут же предложили должность младшего ассистента кафедры общей химии, учитывая при этом, что, являясь студентом-старшекурсником, Я.К. Сыркин принимал самое активное участие в организации аналитической лаборатории на этой кафедре. В 1920 г. заведующим кафедрой общей и неорганической химии был избран профессор Николай Петрович Песков (1880-1940). Талант Якова Кивовича был замечен, и уже в 1922 г. его избирают доцентом этой кафедры.

Действительно, недавний выпускник ИВПИ был незаурядным педагогом и ученым. Лекции им читались удивительно оживленно, он «растворялся» в излагаемом материале. Подвижный, остроумный, он чуть ли не бегал вдоль аудиторного стола, выделяя в лекционном материале самое главное, что затем становилось стержнем при изложении последующих глав общей химии. Студентам ИВПИ очень импонировала такая стройная, логичная манера чтения лекций. А.А. Борисов (в будущем доцент ИХТИ) вместе со своим закадычным другом И.Н. Годневым (будущим профессором ИХТИ) посещали все лекции Якова Кивовича Сыркина по физической химии и термодинамике, которые он читал после 1925 г. В то время пользовался популярностью переводной учебник по физической химии, который написал индийский ученый Ромеш Чандра-Гош. Я.К. Сыркин в своих лекциях часто ссылался на него. А.А. Борисов вспоминал, как после одной из таких лекций он, восхищенный умением Я.К. Сыркина красочно и стройно излагать основы этой непростой науки, «выдал» экспромт:

Ромеш Чандра, Чандра-Гош.
Яков Кивович хорош!

Да и другие студенты, учившиеся в то время у Якова Кивовича, вспоминали о том,

Как Сыркин – быстрый, энергичный –
Нас остроумьем поражал!
Читал он лекции отлично,
Сарказмом лодырей сражал!

И нередко после особенно удачных лекций или по прочтении всего курса физической химии студенты поднимали его на руки, выносили в коридор и дружно качали любимого лектора. Вскоре Яков Кивович охотно воспользовался этой любовью.

В 1924 г. скоропостижно скончался заведующий кафедрой физической химии ИВПИ доцент Валериан Иванович Пастаногов (1885-1925). На освободившуюся вакансию претендентами выступили Николай Петрович Песков и Яков Кивович Сыркин. Н.П. Песков, работая зав. каф. общей и неорганической химии ИВПИ, в 1924 г. был избран заведующим кафедрой физической химии Московского практического химико-технологического института им. Д.И. Менделеева (такая практика работы одновременно в двух, а то и в трех вузах страны была в то время широко распространена).

В составы Ученых Советов вузов тех лет входило до 25% студентов с правом решающего голоса (вот это демократия!). Они-то и определили результаты голосования по занятию освободившейся вакансии на химическом факультете ИВПИ и перевесом своих голосов помогли избрать заведующим кафедрой физической химии ИВПИ не 45-летнего Н.П. Пескова, уже сложившегося ученого в области физической и особенно коллоидной химии, но державшегося несколько подчеркнуто, с соблюдением дистанции от студентов, а 30-летнего Я.К. Сыркина – любимого лектора студентов и по возрасту к ним довольно близкого. Это привело к тому, что Н.П. Песков в 1927 г. расстался с ИВПИ и окончательно переехал на работу в Москву.

В конце 1925 г. Наркомпрос РСФСР утвердил 31-летнего Я.К. Сыркина в звании профессора и в должности заведующего кафедрой физической химии ИВПИ. В самом начале 1926 г. Яков Кивович стал работать заместителем декана химического факультета ИВПИ профессора Василия Ивановича Минаева. И вот тут-то и проявились требовательность и саркастичность Я.К. Сыркина по отношению к студентам, особенно к нерадивым. Нужно отметить, что в те времена многие молодые люди поступали в ИВПИ не сразу после школьной скамьи, а предварительно поработав на производстве, а затем пройдя подготовительную учебу на рабфаке ИВПИ. Тут не до хороших знаний и отличной учебы! Кроме того, в те времена экзаменационных сессий в ИВПИ не было. Экзамены по тем или иным предметам студент мог сдавать своему преподавателю даже в одиночку в течение всего учебного года, договариваясь лично с профессором или доцентом о дне сдачи экзамена. Количество пересдач экзамена никак не оговаривалось, а принятой в настоящее время балльной оценки знаний студентов в то время не было. Если преподаватель считал знания студента достаточными, то он проставлял в студенческую книжку одну отметку - «зачет». Для перевода на следующий курс сдавать все экзамены по дисциплинам, предусмотренным учебным планом, было не обязательно. На каждом курсе был установлен свой минимум предметов, сдача экзаменов по которым давала возможность переводить студентов на следующий курс. Многим же студентам в те времена (как и сейчас) приходилось еще где-то работать, чтобы обеспечить себе мало-мальское существование. Где уж тут до систематического посещения лекций и лабораторных занятий! И целому ряду таких студентов крепко доставалось от Якова Кивовича, благо за острым словом он в карман не лез. Как вспоминал Леонид Леонидович Кузьмин, учившийся в те времена на химфаке ИВПИ, многие студенты, голосовавшие на Ученом Совете за избрание Я.К. Сыркина профессором и зав. кафедрой физической химии, были в известной степени разочарованы и «отомстили» ему частушкой, исполненной на одном из институтских капустников:

Всё качали да качали…
Докачались до чего?
Себе на шею накачали
Сами знаете кого.

В те же годы Яков Кивович активно занимался научной работой, все более и более увлекаясь учением о строении вещества, исследованием геометрии органических и неорганических молекул, изучением свойств неорганических соединений. Ряд научных статей им был опубликован только под своей фамилией, ряд работ совместно с П.П. Будниковым, Е.А. Шиловым и др. Совместно с Е.А. Шиловым он ввел в научный оборот представления об образовании циклических (четырех- и шестичленных) переходных комплексов в бимолекулярных реакциях.

В 1929 г. Яков Кивович был командирован Наркомпросом РСФСР в Берлин для прохождения научной стажировки.

Когда в 1930 г. ИВПИ был реорганизован в 4 самостоятельных института, Я.К. Сыркин продолжил свою работу в должности заведующего кафедрой физической химии уже в стенах ИХТИ. Но продолжалось это недолго. Уже 1931 г. он был избран заведующим кафедрой физической химии в Московский институт тонкой химической технологии им. М.В. Ломоносова (МИТХТ) и осенью 1932 г. переехал из Иваново-Вознесенска в Москву. Его отъезд ускорил, по воспоминаниям ученика Я.К. Сыркина Ивана Николаевича Годнева, один инцидент, происшедший в стенах ИХТИ. Один из преподавателей общественных наук (по фамилии Павлов), послушав лекции Я.К. Сыркина, отметил, что тот мало уделяет в них внимания диалектике Маркса-Энгельса и сочинил на Сыркина пасквиль, опубликованный в институтской многотиражке, куда внес отсебятину, приписав Якову Кивовичу слова типа «Энгельс устарел» и т.п., чего тот в своих лекциях вообще не произносил. Попытка раздуть «дело Сыркина» провалилась, и дальнейших последствий оно для профессора не имело, но нервы, конечно, ему потрепало.

Работая в ИВПИ и в ИХТИ, Я.К. Сыркин самым тщательным образом отбирал талантливую молодежь, способную в дальнейшем достойно служить науке. Одним из любимых его учеников был упоминавшийся уже И.Н. Годнев, в 1925-1929 г.г. студент ИВПИ, а позднее профессор и заведующий кафедрой физики ИХТИ (1938-1976 г.г.). В 1929 г., сразу после окончания ИВПИ, он был зачислен лаборантом, а через год назначен ассистентом кафедры физический химии, которой заведовал Я.К. Сыркин. И, начиная с 1930 г., И.Н. Годнев стал читать студентам лекции по термодинамике. Еще являясь студентом младших курсов ИВПИ, он от сокурсников получил прозвище «будущий профессор». По воспоминаниям С.Л. Басова, А.А. Борисова, учившихся вместе с И.Н. Годневым, Иван Николаевич уже тогда, и в первые годы преподавательской деятельности, внешне стремился быть похожим на Якова Кивовича. Быстрая походка, некоторая сутуловатость, плечи и шея выдвинуты вперед, глаза смотрят на асфальт. Психологи утверждают, что все это признаки человека, сосредоточенного даже при ходьбе на своих мыслях, раздумьях.

Переехав в Москву, Я.К. Сыркин стал не только заведующим кафедрой физической химии в МИТХТ, но и заведующим лабораторией строения молекул в Московском физико-химическом институте им. Л.Я. Карпова (до 1952 г.). Этот институт ведет свое начало с 1918 г., когда знаменитый биохимик Алексей Николаевич Бах (с 1929 г. академик) организовал при ВСНХ РСФСР Центральную химическую лабораторию, преобразованную в 1921 г. (после смерти Л.Я. Карпова) в Химический институт им. Л.Я. Карпова. (Русский химик-технолог Лев Яковлевич Карпов (1879-1921) после Октябрьской революции возглавлял Отдел химической промышленности ВСНХ). С 1931 г. упомянутый институт стал именоваться Физико-химическим институтом им. Л.Я. Карпова (упрощенно Карповским институтом). В нем работали многие знаменитые ученые: А.Н. Фрумкин, В.А. Каргин, И.В. Петрянов-Соколов и др. Директором этого института А.Н. Бах оставался до самой своей смерти в 1946 г.

В Карповском институте развернулась бурная научная деятельность Я.К. Сыркина, посвященная преимущественно теоретическим вопросам химии, распространению методов квантовой механики на строение молекул, исследованию дипольных моментов и межмолекулярного взаимодействия в молекулярных системах, изучению их колебательных спектров, применению изотопного метода для изучения механизма протекания и кинетики химических реакций и т.д.

В 1935 г. Якову Кивовичу без защиты диссертации, по совокупности опубликованных научных работ, была присуждена ученая степень доктора химических наук. Позднее, в 1943 г., как уже отмечалось, он был удостоен Сталинской премии и избран членом-корреспондентом АН СССР. В 1937 г. в Карповском институте защищал свою кандидатскую диссертацию И.Н. Годнев (там же в 1948 г он защищал и докторскую диссертацию).

«Наиболее характерным для Я.К. Сыркина как ученого, педагога, организатора науки является его исключительная и не ослабевающая с годами чуткость ко всему новому, способность высказывать и воспринимать новые идеи, часто идущие вразрез с привычными представлениями, огромная эрудиция как в области теории, так и эксперимента», - писала его ученица, доктор химических наук Мира Ефимовна Дяткина, соавтор Я.К. Сыркина по книге «Химическая связь и строение молекул» (1946 г.). Нужно отметить, что в 30-60 ХХ в. Я.К. Сыркин был твердо убежден, что хорошая теория может быть построена только на базе качественно поставленного эксперимента. Это, однако, не помешало ему длительное время поддерживать в теории строения вещества т.н. «теорию резонанса», которой, к примеру, Е.А. Шилов не придерживался, и которая постепенно «сошла со сцены». По поводу этой теории у Я.К. Сыркина были серьезные разногласия с целым рядом ученых и, видимо, из-за этого он действительным членом АН СССР стал только в 1964 г., через 21 год после избрания его членом-корреспондентом. Возможно, дополнительной причиной этого был не совсем покладистый характер Якова Кивовича, его «ершистость», прямолинейность в высказывании суждений, колкость и саркастичность в спорах.

На склоне лет своей жизни (1967-1974 г.г.) Я.К. Сыркин, наряду с заведованием кафедрой физической химии в МИТХТ, возглавлял лабораторию строения вещества в Институте общей и неорганической химии АН СССР.

Скончался Яков Кивович Сыркин 8 января 1974 г. и похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Ю.К. Щипалов

Оглавление